Central Asia has become a major destination for foreign investment, owing to its strategic location, role in regional trade, and abundant natural resources. Russia, China, and Turkey are among its most active investors. Against this backdrop, this article analyzes the investment policies of China and Turkey and identifies key qualitative differences between their investment models. Particular attention is paid to the specific mechanisms and conditions for attracting investment in the region. The methodology combines a review of annual reports and statistical data from relevant government authorities and statistical agencies in the national languages of China, Turkey, Kazakhstan, Uzbekistan, Tajikistan, Kyrgyzstan, and Turkmenistan. These data are used to identify the factors driving fluctuations in Chinese and Turkish investment in the region. A comparative approach is then used to examine similarities and differences in the investment policies of Beijing and Ankara. The findings indicate that the two countries may increasingly compete strategically in Central Asia, as their engagement is driven not only by economic interests but also by ideological and value-based agendas and platforms, including the Belt and Road Initiative and the Organization of Turkic States. The analysis reveals both similarities and differences between Chinese and Turkish investment strategies. While the two models overlap in terms of the sectors targeted for investment, they differ in their underlying approaches: the Chinese model is more strongly oriented toward state-led infrastructure projects, whereas the Turkish model is more diversified and combines institutional, commercial, and humanitarian engagement. The findings can inform Russia’s foreign policy and international economic engagement in Central Asia by identifying priority areas, emerging policy trends, and promising projects.

Средняя Азия в последние годы становится крупным реципиентом иностранных инвестиций в связи с выгодным географическим и геополитическим положением, позицией центра на пути торговых путей и наличием богатых природных ресурсов. Особенно активными инвесторами сегодня являются Россия, Китай и Турция. Статья посвящена анализу инвестиционной политики Пекина и Анкары в Средней Азии и выявлению принципиальных качественных различий между инвестиционными моделями двух стран. Китай проводит преимущественно государственноцентричную инфраструктурно-сырьевую модель, целью которой является долгосрочная интеграция стран региона в китайские цепочки поставок и проекты. Турция использует более гибкую модель, которая в первую очередь представляет собой «мягкую силу» — гуманитарные институты, культурные и идеологические связи. Методика включает в себя изучение ежегодных отчетов соответствующих органов и статистических агентств на государственных языках Китая, Турции, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана, Кыргызстана, Туркменистана за 20 лет — с 2004 по 2024 г. Такой анализ позволяет выделить факторы роста и снижения инвестиций Китая и Турции в регионе. В конце статьи используется сравнительный подход для изучения сходств и различий в инвестиционной политике Пекина и Анкары, делается вывод о возможности столкновения стратегических интересов двух государств в Средней Азии, поскольку помимо экономической заинтересованности Китай и Турция имеют идейно-ценностные мотивы и платформы продвижения своих интересов (инициатива «Один пояс — один путь» / Организация тюркских государств). Исследование влияния Китая и Турции на экономики стран Средней Азии позволяет выявить сходства и отличия двух инвестиционных стратегий: совпадение заключается в сферах инвестирования, а отличие в том, что китайская модель — более государственно-инфраструктурная, а турецкая — диверсифицированная, институциональная, гуманитарная. Результаты анализа могут быть использованы для проектирования внешнеполитической и внешнеэкономической политики Российской Федерации в отношении Средней Азии, выявления приоритетных направлений, дискурсивных тенденций и перспективных проектов.